QraytJV8I64

 

Накануне Дня Победы в Омском городском Совете открылась выставка «Из фронтового альбома» народного художника РСФСР, Почётного гражданина города Омска, ветерана Великой Отечественной войны Алексея Николаевича Либерова.

 

Из воспоминаний художника о своём друге и сослуживце Cерафиме Крылове:

«Это очень дорогая страничка моей жизни, — говорит Либеров, — Сима мой однокашник. Мы с ним все делили пополам и даже вместе занимались в мастерской у профессора Савинова, а потом у И. Бродского. В 1939 году мы получили повестки из военкомата, началась Финская война. Нас посадили в эшелон и повезли на фронт. А потом быстро отозвали и отправили на Восток для продолжения службы. Как только в 1941 году началась Великая Отечественная война, нас снова в эшелон и на Западный фронт. Мы были в мотострелковой дивизии, но когда подошли к фронту, она стала 197-ой танковой и попали мы под Ленинград на станцию Бологое. Я помню день и час, когда поезд остановился, и налетели немецкие самолеты. Страшно было, нечеловечески страшно…

Помню, как начался для нас фронт. Наши машины выехали из-за леса, а навстречу немцы! Мы не знали где они, а немцы не знали, где мы. И оказались буквально в 20 метрах друг от друга, такая началась свалка, такой кошмар! И немцы были ошарашенные, стали убегать, но опомнились, и нам пришлось очень тяжело. Потом Сима попал в один полк, а я в штаб дивизии. Полк этот был вскоре разбит. Я спросил в штабе: « Убит?». «Ранен?» Я попросил разрешения пойти на поле боя и найти Симу, мне разрешили. Все было почти как на известной картине Васнецова — убитые, раненые. Я ходил и кричал «Сима, Сима!» И когда уже потерял надежду его найти, слышу тихий голос: «Алеша…» Я вытащил его на плащ-палатке. Он был страшно изранен, мина разорвалась, осколки…он был в сознании. Я сопровождал его до медсанбата.

Ну а дальше тоже ранение, я попал в госпиталь. Но, когда нас эвакуировали, бомба попала в нос судна, и мы оказались в весенней воде холодной, выплыть-то я выплыл, но схватил двустороннее воспаление легких. Снова госпиталь, но в Кинешме, а Сима тогда жил в Иваново, его туда направили на долечивание. Судьба! И я попросился съездить к товарищу. Не могу забыть эту встречу: Симу с палочкой в руке на перроне, как он меня глазами ищет. Наверное, тот самый портрет у его сестры, который он тогда написал. Конечно, Сима еще не стал художником – не успел, сестра хранит его ученическое наследие. А портрет бы я хотел получить, чтобы был он в музее, я и фотографии могу приложить, где мы вместе с ним…» — статья в книге «Солдаты победы». Омск, 2000. – с.475